Яснов, Михаил. Лекарство от зевоты: стихи / ил. А. Шурица. - М.: Дет. лит., 1979. - 24 с., цв. ил.
Кружков, Григорий. Нос Картошкой: сказки о кладах, ковбоях, поросятах в Стране Рутабага / ил. С. Острова. - М.:
Дрофа, 2006. - 96 с., цв. ил.
Первик, Айно. Чаромора: повесть-сказка / пер. с эст. В. Рубер; ил. Г. Юдина. - М.: Дет. лит., 1988.
- 112 с., цв. ил.
Кравченко, Ася. Здравствуй, лошадь!: повесть в рассказах / ил. А. Кудревич. - М.: ОГИ, 2008. - 196 с., ил.
Добрый день, друзья мои!
Сегодня мы вновь встречаемся заочно - я по-прежнему нахожусь в командировке и потому знакомлю вас с несколькими новыми и старыми, но интересными книжками в небольшом письме. Оно действительно будет небольшим как потому, что на подробное послание сейчас у меня просто нет времени, так и потому, что представляемые сегодня издания, на мой взгляд, не требуют долгих разбирательств. Да ведь и у вас сейчас очень напряжённая пора - конец учебного года.
Итак, сегодня я коротко расскажу вам о двух старых и двух новых книжках, из которых три написаны очень известными писателями, а четвёртая - молодым автором. Начну со стихов. Это маленькая, всего в 24 странички, обращённая к детям дошкольного возраста, но, без каких-либо сомнений, интересная любому читателю от 5 до 95 и замечательно разрисованная нашим земляком Александром Шурицем, книжка - "Лекарство от зевоты" - написана известным питерским поэтом Михаилом Давидовичем Ясновым давным-давно, ещё когда люди моего поколения были молодыми, а ваши родители - такими, как вы сейчас.
Михаил Яснов родился в Ленинграде, меньше чем через год после окончания Великой Отечественной войны, а печататься начал в 15-летнем возрасте. В те времена это было очень редким явлением, но в случае Яснова вполне заслуженным. Он действительно талантливый поэт и очень талантливый переводчик французских и английских поэтов и прозаиков. А кроме того, он превосходный критик и автор и ведущий разнообразных радиопередач для детей.
"Лекарство от скуки" - самая первая детская книжка Михаила Яснова, потом выходили, я думаю, известные вам "Щёчка, щёчка - два мешочка", "Носомот с бегерогом", "В гостях у Свинозавра", "Щенячья азбука" и многие другие. Каждая из них хороша, любое стихотворение Яснова узнаваемо, то есть ни на кого другого не похоже, но в то же время и вписано в традицию классической советской поэзии для детей, положенную Корнеем Чуковским, Самуилом Маршаком и Даниилом Хармсом; каждое стихотворение поражает выдумкой, новыми, до сих пор неизвестными, весёлыми, живыми словами.
А всё это потому, я думаю, что М.Д. Яснов, несмотря на солидный уже дедушкин
возраст, до сих пор остаётся мальчишкой. Ну, такой у него характер и такой у него дар. Возможно даже, что именно этот дар у него первичный, главный, а литературный талант его лишь подкрепляет. Да и как, в самом-то деле, к такому весёлому, непоседливому, обаятельному бородатому мальчишке, как, подумайте сами, не слетались бы, подобно осам на варенье, все девять легкокрылых камен?.. Это было бы чудовищной несправедливостью!
Сегодня русскую детскую поэзию без филигранных стихотворений Яснова, без выдуманных им или подслушанных у маленьких детей, потом обыгранных в стихах и вошедших в язык слов представить просто невозможно. У него учились и продолжают учиться молодые поэты, а мы, читатели, с нетерпением ждём его новых книг. Знаете, друзья мои, я думаю, что если бы даже за всю свою жизнь Михаил Яснов сочинил бы только какое-нибудь одно стихотворение, например "Чучело-мяучело", он всё равно навсегда бы вошёл в непременный круг чтения каждого из нас. А ведь этот поэт написал десятки, сотни чудесных стихов и огромное число переводов, благодаря которым зарубежные поэты стали понятными и близкими нам собеседниками.
Ну, вот хотя бы примеры, чтоб не быть голословным, из книжки "Лекарство от зевоты":
Чучело-мяучело
На трубе сидело.
Чучело-мяучело
Песенку запело.
Чучело-мяучело
С пастью красной-красной, -
Всех оно замучило
Песенкой ужасной...
Или:
Удод, удод, удодина,
Удодливый удод,
В твоём гнезде удодовом
Удобно ли, удод?..
Или:
Был цыплёнок весел,
Потому что весил,
Нагулявшись по дворам,
Ровно двадцать грамм...
То же можно сказать и об иллюстрациях замечательного книжного художника Светозара Острова, выполненных им к сборнику сказок, а точнее пересказок крупнейшего современного переводчика англоязычной поэзии Григорий Кружкова "Нос Картошкой". Мы с вами в наших беседах уже не раз восхищались его работами, вспомним хотя бы картинки к лирическим сказкам Сергея Козлова. Изумительны иллюстрации Острова и к этой книжке, особенно к первой её части, "Барклай, Потрясатель Копья", написанной Г. Кружковым по мотивам повести американского писателя Уильяма Стейга "Доминик".
Рутабага", как были открытием изумительные переводы Григория Кружкова лимериков Эдварда Лира или его отменные переложения на русский язык классической английской поэзии? Увы, нет. Почему? На мой взгляд, детская книжка не может быть столь тщательной, совестливо отработанной, академической по принципу, каковы поэтические переводы Кружкова. Для меня такая книжка без бесшабашности, без сумасшедшинки, без небывальщины не по задумке, а потому, что в голове зигзагом молния сверкнула или руку неожиданно повело, слишком суха, а потому и скучновата. В этом плане лучше прочих вещей мне показалась менее лиричная и более, что ли, приключенческая первая повесть про пса Барклая, где всех и зигзагов-то, пожалуй, одна только усмешливая отсылка к Шекспиру, который в реальности, как известно, то ли был, то ли этот самый Шекспир - не что иное, как выдумка резвящихся английских аристократов-театралов. Я говорю о прозвище героя - Потрясатель Копья. Дело в том, что имя "Шекспир" означает "Потрясающий Копьём". А больше ничего, хоть как-то связующего Барклая с Шекспиром или с каким-либо из его творений, я, сколько ни старался, обнаружить не смог. Может, mea culpa - моя вина, а может, так и задумано, хотя - зачем?
Чаромора в совершенстве знает лечебные и ядовитые свойства всех на свете трав и
грибов, Чаромора легко лечит не только саму себя с помощью шиповникового отвара, но и море - с помощью собственноручно смастерённых грабелек для снятия с поверхности воды ядовитых пятен нефти. Чаромора без труда исцеляет от косолапия влюбившегося в неё старого морского волка Трумма, пятнадцать раз терпевшего кораблекрушение, но выживавшего несмотря ни на что. Чаромора летает на поиски целебных трав и в другие дали на стареньком, латаном-перелатаном воздушном шаре. Чаромора...
Ну, всех приключений Сони и Кабачка, а также кошки
Машки, котят Полосатого и Поперечного, а также соседей Кабачка по конюшне лошадей Халвы, Ривьеры и Руслана, а ещё конюшенного пса Мэла и конюхов, пересказать невозможно, да и не нужно пересказывать. Достаточно только вспомнить, как Соня с Кабачком среди лета зажигали на болоте бенгальские огни, или... Вот, опять проговорился, вы уж простите, я не нарочно, просто мне книжка очень понравилась. И как она написана - в жанре юмористической притчи, то есть назидательной истории без прямых назиданий, и как она нарисована - в три цвета: чёрный, серый и оранжевый (оранжевый - всегда Кабачок), и как она издана - такой почти квадратный ярко-зелёный альбом, в ширину чуть больший, чем в высоту, и как она напечатана - крупно, разборчиво, не жалея полей и с большими пробелами между строк. «Чаромора, Кабачок и пёс Барклай - наилучшее лекарство от зевоты»
Год издания: 2008