Главная     Лики книг     Электронная книга     Киновзгляд     Гостевая  

Главная

О сайте

Сотрудничество

Ссылки

Иллюстрации

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100

ђҐ©вЁ­Ј@Mail.ru



Dleex.com Rating



ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА

Литература Древней Греции. Очерки истории зарубежной литературы

Распопин В.Н.
Новосибирск,  "Рассвет"
 

Год издания: 1998

Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Продолжатели и последователи Гомера. Дидактический эпос и его создатель Гесиод

Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Продолжатели и последователи Гомера. Дидактический эпос и его создатель Гесиод

Итак, согласимся с этим, героический эпос, охарактеризованный А. Боннаром как первое гениальное создание греческой культуры, таковым и являлся. И творения Гомера представляют собой его высший взлет. Высший, но не единственный. Увы, другие поэмы до нас не дошли. Они известны нам только в пересказах ученых и в переработках поздних греческих поэтов и драматургов. Создавались они в течение VIII - VI вв. до н.э, каждая, по-видимому, в определенном географическом центре, и образуют своего рода замкнутые тематические круги, отчего и названы "киклическими". Таких кругов было несколько, а наибольшей популярностью пользовались Троянский и Фиванский киклы.
Так, большая поэма "Киприи" (Кипрские песни) рассказывала всю предысторию Троянской войны от свадьбы Пелея и Фетиды до принесения Агамемноном в жертву Артемиде собственной дочери Ифигении (один из любимых мотивов будущей греческой трагедии) и собственно начала военных действий. За этой поэмой следовала "Илиада", заканчивающаяся, как вы помните, погребением Гектора. После "Илиады" шла поэма "Эфиопиада", рассказывающая о том, как после смерти Гектора на помощь к троянцам прибыл отряд амазонок во главе с царицей Пенфесилеей, какие подвиги этот отряд совершал, как Ахилл убил в единоборстве Пенфесилею, как затем против греков выступил эфиоп Мемнон, убивший еще одного друга Ахилла, Антилоха, как в ответ Ахилл поразил Мемнона, который, умирая, предрек ему скорую гибель, как, наконец, Парис поразил стрелой Ахилла в единственное уязвимое место его - пятку. Следующие поэмы "Малая Илиада" и "Разрушение Илиона" рассказывали о погребении Ахилла, споре из-за его доспехов между Одиссеем и Аяксом Теламонидом, об убиении Париса, о постройке деревянного коня, о гибели Лаокоона (к нему мы еще вернемся, когда будем читать поэму римского классика Вергилия "Энеида") и разрушении Трои.
Далее следовали поэмы о возвращении героев на родину, которые завершались "Одиссеей" и "Телегонией", рассказывающей о гибели Одиссея от руки собственного сына.

Богатейший Фиванский кикл здесь мы рассматривать не будем прежде всего потому, что встретимся с разработкой его наиболее интересных сюжетов в древнегреческой трагедии.
По мере роста городов, изменения быта, героический эпос стал терять свою силу, уступать место более коротким поэтическим произведениям, в числе которых до нас дошел сборник из 34 гекзаметрических произведений под названием "Гомеровские гимны" (К Гомеру они никакого отношения не имеют, поскольку написаны не раньше VII-VI, или даже начала V в.) . Эти стихотворения представляют собой песнопения богам, в которых описываются различные события и происшествия из их жизни, главным образом, как сообщает С.И. Радциг, "в связи с установлением каких-нибудь культов или основанием храмов. Содержанием их являются по преимуществу храмовые легенды". (С.И. Радциг. История древнегреческой литературы. - М.: Высшая школа, 1982. С. 98.)

Гимны сочинялись в различных жанрах: так, например, Аполлону посвящался пеан, Дионису - дифирамб, гимн для исполнения девами - парфения, для различных процессий сочинялись просодии. В немалой степени из таких гимнов впоследствии вышли молитвы. Исполнялись гимны как правило без музыкального сопровождения. "Гомеровские" же гимны служили рапсодам в качестве введения в их декламациях на религиозных празднествах.
Для того, чтобы разобраться в некоторых поэтических тонкостях этого жанра, обратимся к книге уже хорошо знакомого нам профессора Ф.Ф. Зелинского "История античной культуры", в которой читаем следующее:
 Его (гимна - В.Р.) композиция была либо монострофическая, либо эподическая. В первом случае одна и та же метрическая строфа повторялась неопределенное число раз, при все новом и новом содержании; во втором - размер "строфы" повторялся в "антистрофе", после чего следовал "эпод" в другом, хотя и родственном размере, и вся эта триада повторялась неопределенное число раз при все новом и новом содержании. В обоих случаях размер строф (и эподов) изобретался поэтом для каждого гимна особо, - общепринятых строф еще не было... По содержанию гимн состоял из трех частей: мифологической, нравоучительной и личной. В мифологической обрабатывался один какой-нибудь миф... В нравоучительной развивалась... общественная и политическая мораль; в личной, наконец, поэт говорил о себе и о том, что близко его сердцу.
(Ф.Ф. Зелинский. История античной культуры. - СПб, Марс, 1995. С. 103. )  

К этой цитате необходим маленький комментарий, поясняющий термины. Итак, строфа в переводе с греческого означает "поворот", и первоначально термин этот характеризовал танцевальное движение хора, а затем - часть песни, исполняемой хором при этом движении. В более широком смысле строфой называется определенная метрическая система, состоящая из нескольких стихов (строк), причем не обязательно идентичных по размеру, хотя в русской поэзии чаще всего именно наоборот, идентичных. Проще сказать, строфа в обычном понимании не что иное как куплет песни. Но сказать "куплет стихотворения" было бы неграмотно. Размер, которым написаны строфы, как утверждает профессор Зелинский, сочинялся в те времена каждый раз заново, отчего многие строфы носят имена их сочинителей: алкеева строфа, асклепиадова, сапфическая - от имен поэтов Алкея, Сапфо и др.

Понятие "антистрофа" только кажется чем-то сложным. В сущности, это такая же строфа, только произносившаяся хором при обратном движении. Эпод, как правило, заключал песню и по размеру отличался от идентичных строф и антистроф.
Приведем теперь цитату из книги М.Л. Гаспарова "Занимательная Греция", где наглядно показывается, что такое строфа и антистрофа на примере фрагмента из трагедии Софокла "Антигона".
 
Строфа

Много в природе дивных сил,
Но сильней человека - нет.
Он под вьюги мятежный вой
Смело за море держит путь.
Кругом вздымаются волны -
Под ними струг плывет.
Почтенную в богинях, Землю,
Вечно обильную мать, утомляет он:
Из году в год в бороздах его пажити,
По ним
    плуг
         мул усердный тянет.

Антистрофа

И беззаботных стаи птиц,
И породы зверей лесных,
И подводное племя рыб
Власти он подчинил своей:
На всех искусные сети
Плетет разумный муж.
Свирепый зверь пустыни дикой
Силе его покорился, и пойманный
Конь густогривый ярму повинуется,
И царь
    гор,
         тур неукротимый.

"Может быть, - комментирует М.Л. Гаспаров, - некоторые удивятся этим стихам: ни рифмы, ни ритма, все равно как в прозе. Это не совсем так. Рифмы, правда, здесь нет: рифму изобрели только в средние века. А ритм есть, только он сложнее, чем в стихах, к которым мы привыкли. Сравните первую строчку строфы с первой строчкой антистрофы, вторую со второй и так далее: и число слогов, и расположение ударений всюду будет одно и то же. Строфу и антистрофу можно было петь на один мотив, и это был мотив торжественной пляски. Хор мерными движениями шагал в сторону и в лад шагам пел строфу, а потом теми же движениями возвращался назад и пел антистрофу; потом, уже по-новому, двигался в другую сторону и обратно и пел другую строфу с антистрофой. Стихи, музыка и пляска были едины". (М.Л. Гаспаров. Занимательная Греция. С. 152-153.)  

Последняя фраза цитаты подводит нас к разговору о хорее. Не поэтическом метре, а специальном, ныне редко употребляющемся термине, который, как мне представляется, очень удачно и наглядно показывает, какими были древнейшие мусические (от греч. музы) искусства. Вот что пишет о хорее Ф.Ф. Зелинский.
"Мусические искусства на своей первобытной ступени составляют одно целое, так называемую хорею, то есть соединение слова (песни), звука (напева) и жеста (пляски) под общим управлением ритма. В своем дальнейшем развитии они распались на эти три составных части, из коих первая дала поэзию как искусство слова, вторая - музыку как искусство звука, и третья - орхестрику (включая мимику) как искусство жеста. К поэзии со временем присоединилась проза, которая первоначально, как орудие науки, не принадлежала вовсе к области искусств; она вошла в нее, став художественной".
(Ф.Ф. Зелинский. История античной культуры. С. 8. )  

Однако вернемся к героическому эпосу, точнее к его упадку. О нем свидетельствует не только распространение гимнов, но и появление произведений, пародирующих эпос.
Пародия, как вы должно быть знаете, есть сатирическое воспроизведение какого-либо сюжета, литературного приема, авторского стиля в форме, сознательно не соответствующей содержанию. Так что, если греки начали посмеиваться над собственной героикой, значит, она уже не соответствовала их изменившемуся взгляду на жизнь.
Мы имеем представление о двух таких древнегреческих пародиях на героический эпос. Первая - поэма о Маргите, своего рода Иванушке-дурачке. Из нее до нас дошло только шесть строк.
Другая поэма дошла до нас полностью. Это - "Батрахомиомахия", или "Война лягушек и мышей", гекзаметрическая торжественная пародия на "Илиаду". Вот о чем в ней рассказывается.

Мышонок Крохобор, сын царя мышей Хлебогрыза, забежал на болото, чтобы напиться воды. Там он встретился с царем лягушек Вздуломордой. Последний так расхваливает свое болото, что вызывает у мышонка желание поскорее посмотреть на болотное царство. Лягушонок повез мышонка через болото на спине, но на беду его напугала змея. Вздуломорда нырнул в воду и нечаянно утопил Крохобора. Узнав об этом злодействе, мыши объявили лягушкам войну. Далее все как в "Илиаде": подготовка к войне с той и с другой стороны, наблюдение за противоборствующими сторонами богов во главе с Зевсом, собственно военные действия, подвиги отдельных воителей, успешное ведение военных действий со стороны мышей, почти полная их победа, наконец, вмешательство Зевса, не желающего полного уничтожения столь полезного вида фауны, как лягушки и насылающего на мышей раков, которые отрывают у них клешнями хвосты и лапки и обращают мышиное воинство в бегство.
"Сатирический смысл поэмы, - говорит С.И. Радциг, - виден в том, что некоторые сцены пародируют соответствующие места в "Илиаде". Повторяются даже некоторые имена эпических героев, например, имя лягушки "Грязевик" по-гречески созвучно с именем Пелея, отца Ахилла. Мы встречаем подобные гомеровским эпитеты, сравнения, повторения, даже участие богов и небесные знамения. Но вместо героев здесь действуют мыши и лягушки. Чем ничтожнее сюжет, тем резче контраст. Неподражаемой по комизму является сцена, когда Зевс предлагает Афине принять участие на той или другой стороне, но она решительно отказывается, так как сердита и на тех и на других: мыши изгрызли у нее плащ, выткать который ей стоило большого труда и за который ей нечем расплатиться, так как пряжу она взяла в долг; на лягушек же она сердита за то, что они своим кваканьем всю ночь не давали ей спать (да как же тут не квакать, - возразим от себя, - ведь война, да еще с явно превосходящим противником! - В.Р.), когда она возвратилась усталая после битвы, и что вследствие этого утром встала с головной болью. Вместе с тем Афина опасается, что бойцы в пылу битвы, пожалуй, не пощадят и самих богов (вспомним, как Диомед ранил Афродиту и Ареса в V песни "Илиады").  (С.И. Радциг. Указ. соч. С. 100-101.)  

Да, времена менялись, менялись понятия и интересы. Патриархальные отношения и традиции стали уходить в прошлое. Появлялась новая мораль, новая этика. Появлялась, естественно, и необходимость в новой литературе. Прежде всего, как явствует из истории, в литературе поучительной. А чему поучать и как поучать показывает пример второго великого поэта древности - Гесиода.
Гесиод, в отличе от Гомера, реальный поэт, "древнейшая осязуемая личность из истории литературы Греции и Европы вообще", по слову Ф.Ф. Зелинского; поэт, о котором мы немало знаем, прежде всего потому, что он многое рассказал о себе сам в своих поэмах. Вот здесь уже первое отличие нового, дидактического, или назидательного эпоса от эпоса героического: живое присутствие личности автора. Тот же размер, те же зачастую приемы, но совершенно иное содержание, определяемое главным героем - самим рассказчиком, который делится жизненным опытом, наставляет читателя, поучает его, внушает ему, говоря словами Н.А. Некрасова "разумное, доброе, вечное".

Итак, создатель дидактической поэзии Гесиод родился в средней Греции, в Беотии, в области, пригодной для земледелия. Предки его вышли из Малой Азии, отец был моряком и торговцем, не снискавшим на этом поприще особых успехов. Умирая, он оставил все что имел своим сыновьям - Гесиоду и Персу. Последний подкупил судей, и они несправедливо отдали все наследству ему. Гесиод, усердно работая на поприще странствующего певца, не только спасся от нужды, но и накопил состояние. Перс же скоро все растратил, разорился и пришел к брату умолять о помощи. Тот встретил его суровым выговором. Из назиданий, обращенных к Персу, и выросла знаменитая поэма Гесиода "Труды и дни", состоящая из нескольких частей, связанных идеей о необходимости честно и усердно трудиться, быть справедливым и верным принятым между добрыми соседями моральным нормам, поскольку это не только по-человечески хорошо, но, между прочим, и удовлетворяет требованиям Зевса, неустанно следящего за действиями людей в качестве справедливого стража и судьи.

Если для гомеровских героев главным делом был военный подвиг, то для Гесиода - беотийского крестьянина - неустанный честный труд. А труд на земле всегда тяжел, в древности же - непосильно тяжел для человека. Поэтому Гесиод - пессимист, но пессимист не безнадежный. Конечно, говорит поэт, сначала на земле был золотой век, когда люди жили, как боги, потом пришли времена постепенного ухудшения жизни - серебряный и медный века, потом дело чуть улучшилось в век героический, а теперь вот наступил век железный, век, в который рухнули все семейные и дружественные узы, век, в который дети не уважают родителей, братья враждуют, умирают совесть и стыд, сильный не щадит слабого, богатый бедного.
Здесь в назидание современникам Гесиод рассказывает первую известную нам в истории европейской литературы басню, т.е. небольшой, чаще всего поэтический рассказ нравоучительного, сатирического характера, в котором действующими лицами являются животные, наделенные человеческими чертами, реже - сами люди. Вообще-то, жанр басни имеет восточное происхождение, а в Европе его родоначальником считается Эзоп, о котором речь у нас впереди, однако до Эзопа мы, как это сейчас будет показано, можем прочесть произведение этого жанра уже у Гесиода, как, впрочем, позже и у Архилоха и Платона.

Итак, прочтем басню Гесиода о Соловье и Ястребе (из поэмы "Труды и дни") в переводе С.И. Радцига.
Да, времена менялись, менялись понятия и интересы. Патриархальные отношения и традиции стали уходить в прошлое. Появлялась новая мораль, новая этика. Появлялась, естественно, и необходимость в новой литературе. Прежде всего, как явствует из истории, в литературе поучительной. А чему поучать и как поучать показывает пример второго великого поэта древности - Гесиода. Гесиод, в отличе от Гомера, реальный поэт, "древнейшая осязуемая личность из истории литературы Греции и Европы вообще", по слову Ф.Ф. Зелинского; поэт, о котором мы немало знаем, прежде всего потому, что он многое рассказал о себе сам в своих поэмах. Вот здесь уже первое отличие нового, дидактического, или назидательного эпоса от эпоса героического: живое присутствие личности автора. Тот же размер, те же зачастую приемы, но совершенно иное содержание, определяемое главным героем - самим рассказчиком, который делится жизненным опытом, наставляет читателя, поучает его, внушает ему, говоря словами Н.А. Некрасова "разумное, доброе, вечное". Итак, создатель дидактической поэзии Гесиод родился в средней Греции, в Беотии, в области, пригодной для земледелия. Предки его вышли из Малой Азии, отец был моряком и торговцем, не снискавшим на этом поприще особых успехов. Умирая, он оставил все что имел своим сыновьям - Гесиоду и Персу. Последний подкупил судей, и они несправедливо отдали все наследству ему. Гесиод, усердно работая на поприще странствующего певца, не только спасся от нужды, но и накопил состояние. Перс же скоро все растратил, разорился и пришел к брату умолять о помощи. Тот встретил его суровым выговором. Из назиданий, обращенных к Персу, и выросла знаменитая поэма Гесиода "Труды и дни", состоящая из нескольких частей, связанных идеей о необходимости честно и усердно трудиться, быть справедливым и верным принятым между добрыми соседями моральным нормам, поскольку это не только по-человечески хорошо, но, между прочим, и удовлетворяет требованиям Зевса, неустанно следящего за действиями людей в качестве справедливого стража и судьи. Если для гомеровских героев главным делом был военный подвиг, то для Гесиода - беотийского крестьянина - неустанный честный труд. А труд на земле всегда тяжел, в древности же - непосильно тяжел для человека. Поэтому Гесиод - пессимист, но пессимист не безнадежный. Конечно, говорит поэт, сначала на земле был золотой век, когда люди жили, как боги, потом пришли времена постепенного ухудшения жизни - серебряный и медный века, потом дело чуть улучшилось в век героический, а теперь вот наступил век железный, век, в который рухнули все семейные и дружественные узы, век, в который дети не уважают родителей, братья враждуют, умирают совесть и стыд, сильный не щадит слабого, богатый бедного. Здесь в назидание современникам Гесиод рассказывает первую известную нам в истории европейской литературы басню, т.е. небольшой, чаще всего поэтический рассказ нравоучительного, сатирического характера, в котором действующими лицами являются животные, наделенные человеческими чертами, реже - сами люди. Вообще-то, жанр басни имеет восточное происхождение, а в Европе его родоначальником считается Эзоп, о котором речь у нас впереди, однако до Эзопа мы, как это сейчас будет показано, можем прочесть произведение этого жанра уже у Гесиода, как, впрочем, позже и у Архилоха и Платона. Итак, прочтем басню Гесиода о Соловье и Ястребе (из поэмы "Труды и дни") в переводе С.И. Радцига.

Басню теперь я царям расскажу, хоть они и разумны.
Вот что однажды сказал Соловью пестрошейному Ястреб -
Нес он его высоко в облаках, обхвативши когтями.
Жалобно плакался пленник, язвимый кривыми когтями.
Ястреб же молвил надменно в ответ ему слово такое:
"Глупый, о чем же кричишь ты? ведь держит тебя много лучший.
Будешь ты там, куда я понесу, хоть певец ты отличный.
Съем тебя, коль захочу, а могу отпустить и на волю.
Тот неразумен, кто с более сильным захочет тягаться;
Не достигает победы, позор лишь да горе потерпит".
Так быстролетный тот Ястреб сказал, простирающий крылья.

Картина жизни, в которой явлено негодование поэта на несправедливость сильных и власть имущих (чего у Гомера еще не было и не могло быть) почти безотрадна. Почти - потому, что как бы ни было тяжело, все еще поправимо, если трудиться честно, справедливо судить и т.п. Да и боги именно к этому призывают человека. Гесиод уже как бы забыл о гомеровских богах, "этически индифферентных", по выражению В.Н. Ярхо, боги Гесиода призваны карать людей за совершенные ими несправедливые деяния. И примером тому служит судьба Перса.

Боги и люди по праву на тех негодуют, кто праздно
Жизнь проживает, подобно безжальному трутню, который,
Сам не трудяся, работой питается пчел хлопотливых...
Нет никакого позора в работе; позорно безделье.
(Пер. В.В. Вересаева)

Так и написана вся поэма: прекрасным гекзаметром, в первой половине, посвященной описанию работ земледельца, состоящая из гневных инвектив против несправедливости и советов о том, как правильно построить жизнь и трудиться; во второй половине, описывающей счастливые и несчастливые дни года, -из замечательных стихов, прославляющих родную землю и свободный созидатальный труд на ней.
Таким образом, Гесиод впервые создал обширную этическую поэму о крестьянском труде, впервые сформулировал мысль об этических функциях богов, в частности Зевса, повлияв тем самым на развитие позднейшей литературы, которая со времени Гесиода все чаще и больше размышляет именно над моральными проблемами. Но это еще не все.
Другая эпическая поэма Гесиода, "Теогония" ("Происхождение богов"), впервые содержит стройный рассказ обо всех основных богах, давая тем самым неоценимый материал для историков и филологов, и трактует древние мифы с точки зрения окрепшей морали меняющегося древнегреческого общества. Здесь, однако, мы не будем подробно останавливаться на "Теогонии", поскольку нам предстоит достаточно часто обращаться к Гесиоду по ходу наших бесед в дальнейшем.

Подытожить же эту беседу предоставим Ф.Ф. Зелинскому:
"Значение Гесиода заключается: а) в том, что он, сознательно двинув эпос на путь "истины", в противоположность гомеровской "лжи" (т.е. выдумке, фантазии - В.Р.), стал родоначальником новой ветви эпического древа - дидактического эпоса, давшего Греции многих, хотя большею частью безымянных поэтов; б) в том, что он, обратив внимание на интересы и работы бедного люда, стал, в противоположность естественно-аристократическим наклонностям певцов-гомеридов, первым поэтом-демократом в Греции. По своим поэтическим достоинствам его поэмы, трезвые и сухие, стоят значительно ниже гомеровских; все же он сжат и меток, и эти два качества, в соединении с образностью, сделали его неподражаемым поэтом сентенций (т.е. точных и метких высказываний - В.Р.)... Его поэмы являются, кроме того, важным культурно-историческим источником... Потомки приняли на веру также и придуманные им имена; так, гесиодовские имена девяти муз и поныне живут. В этом отношении правильно слово... Геродота (Великий древнегреческий историк. О нем наш разговор ниже.) , что Гомер с Гесиодом создали грекам их богов.
(Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Биографии. Т. 4. - М.: Большая Российская энциклопедия. С. 56.)  

ВОПРОСЫ
1. Что представляют собой киклические поэмы? Какие названия вы запомнили?
2. Что такое дифирамб, парфения, просодия?
3. Что такое строфа, антистрофа, эпод?
4. Чем отличались древнегреческие стихи от привычных нам современных?
5. Что такое хорея (по Ф.Ф. Зелинскому)?
6. Что такое пародия и всегда ли она смешна?
7. Что такое дидактический эпос и кто является его родоначальником?
8. Что такое басня? Каких авторов, наиболее прославившихся в этом жанре, вы знаете?
9. Какие существенные изменения в изображении богов произошли в творчестве Гесиода по сравнению с творчеством Гомера?
10. Что такое демократия и почему Ф.Ф. Зелинский считает Гесиода первым поэтом-демократом?
  1. Боги и герои (предыстория)
  2. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Крито-микенский пролог
  3. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Гомер и архаическая Греция
  4. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). "Илиада"
  5. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). "Одиссея"
  6. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Солнце античной культуры
  7. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Продолжатели и последователи Гомера. Дидактический эпос и его создатель Гесиод
  8. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Греция в VII - VI вв. до н.э.: религия, культура, искусство
  9. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Сольная мелика: от Архилоха до Анакреонта
  10. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Хоровая мелика, или Между лирикой и драмой
  11. Боги и люди (От Миноса до Эзопа). Эзоп и его "язык"
  12. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Перелом, или мировая война древности
  13. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Неумолкающие музы
  14. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. О мистериях и трагедиях в честь "виноградного бога"
  15. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. "Отец трагедии"
  16. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Творец Антигоны и Эдипа
  17. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Третий классик афинской трагедии
  18. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Что такое комедия?
  19. Люди и боги. От Перикла до Еврипида. Смех Аристофана
  20. Люди как боги. От Сократа до Александра. Разговоры Сократа
  21. Люди как боги. От Сократа до Александра. Большая энциклопедия Аристотеля и малая - Феофраста
  22. Люди как боги. От Сократа до Александра. Три историка и один врач
  23. Люди как боги. От Сократа до Александра. Идеи и утопии Платона

«Литература Древней Греции. Очерки истории зарубежной литературы»
Год издания: 1998

Виктор Распопин