Главная     Лики книг     Электронная книга     Киновзгляд     Гостевая  

Главная

О сайте

Ссылки

Иллюстрации

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100

ђҐ©вЁ­Ј@Mail.ru



Dleex.com Rating



КИНОВЗГЛЯД

ПЕРЕПИСЫВАЯ БЕТХОВЕНА (COPYING BEETHOVEN)

Режиссер Агнешка Холланд

Сценаристы: Стивен Дж. Ривел, Кристофер Уилкинсон, Агнешка Холланд

Оператор Эшли Роу

Продюсеры: Эрнст Голдшмидт, Марина Грасик, Андреас Грош

Актеры: Эд Харрис, Диана Крюгер, Мэттью Гуд, Филлида Лоу, Николас Джоунс, Ральф Рэйк, Джо Андерсон, Эгнус Барнет и др.

Продолжительность 104 мин.

Жанр: музыкальная биографическая драма

Производство: Германия - США

 


Год выпуска: 2006

    Даже если вся эта история выдумана (а она без всякого сомнения выдумана), реальность могла быть почти такой, даже, пожалуй что, и должна была быть почти такой (о том, почему "почти" - ниже). А коли так, то может ли быть более комплиментарной оценка нового фильма Агнешки Холланд?

    Но - к фильму. Действие происходит в первой половине 20-х годов XIX века, в обновленной после окончательного падения Наполеона Европе. Прилежная и, возможно, одаренная студентка Венской консерватории Анна Хольц (что, вообще-то говоря для того времени нонсенс: женщина - композитор?!.) неожиданно для самой себя и уж тем более для своей вполне законопослушной семьи и жениха-архитектора, всемерно лелеющего собственный очень скромный талант, попадает в дом к великому и ужасному Людвигу ван Бетховену - великому композитору и ужасному по общему мнению человеку, мало того что глухому холостяку, так еще и старику с невыносимым характером, а ведь куда более великий старец, поистине гордость нации, Иоганн Вольфганг Гёте как раз по такому случаю совсем недавно сказал: "Быть радикалом в старости - верх глупости"...

    Девушка, однако, не из пугливых. К тому же во всех смыслах революционная музыка Бетховена для нее воистину божественна. И переписывать черновики новых шедевров божества - что может быть важнее! А вдруг - чем черт не шутит - оно, божество, еще и обратит внимание на композиции переписчицы!..

    Бетховен же, когда Анна Хольц приходит в его неприбранный дом, занят сочинением вершинного своего творения - Девятой симфонии, а в минуты отдыха - безуспешными попытками образумить беспутного племянника. Симфонию эту, собственно, он уже завершает: первые наброски ее бессмертной музыки запечатлены на бумаге еще в 1809 году, так что - это реплика в сторону иных кинокритиков, прочитавших фильм как историю последней любви маэстро, вдохновившей его на сочинение величайшего творения - так что никакой голливудской мелодрамы. Перед нами - романтическая драма, драма гениального бунтаря, расплачивающегося за свой дар жизнью.

    Впрочем, критики не вовсе не правы, некий мелодраматизм в картине все же присутствует. Дело в том, что фильм Агнешки Холланд отнюдь не текст в духе известной серии "Жизнь замечательных людей", и главный герой "Переписывая Бетховена" - не Бетховен, а именно сильная и умная женщина Анна Хольц, сумевшая в ходе непростого общения с композитором не только верно оценить его титаническую личность, но и переоценить в сравнении с Бетховеном творческий и человеческий уровень своего возлюбленного, а главное - уровень собственных сочинительских возможностей. И еще - отдать всю себя, недавно втайне мечтавшую о славе, а не в тайне - о благополучной и благопристойной  семейной жизни с мужем-архитектором будничному служению больному вздорному старику, при этом тактично отвергнув вполне естественное с его стороны предложение руки и сердца.

     Да, некий мелодраматизм в женской картине о судьбе сильной женщины, пожертвовавшей своими мечтами во имя реальной помощи великому умирающему композитору, несомненно, присутствует. И прежде всего присутствует он в центральном эпизоде фильма - в эпизоде первого исполнения Девятой симфонии, продирижированной, согласно Агнешке Холланд и ее сценаристам, не столько автором, сколько Анной Хольц, из-за ширмы руководившей Бетховеном. Это очень впечатляющая сцена, потрясающе поставленная и - не побоюсь слова - гениально сыгранная участниками. Беда лишь в том, что ничего подобного в реальности не было и не могло быть. Не потому что глухой композитор никому не отдал бы дирижерской палочки, но потому что никогда, ни при каких обстоятельствах и никому Бетховен (и настоящий, и тот, что превосходно представлен здесь Эдом Харрисом) не позволил бы руководить собой. В реальности все было иначе. Вот что рассказывает о первом исполнении Девятой А. Альшванг в книге "Людвиг ван Бетховен" (цит. по изданию: Великие музыканты Западной Европы: Хрестоматия для учащихся старших классов / Составитель В.Б. Григорович. М.: Просвещение, 1982. С. 214 - 215): "Постоянное беспокойство, поддерживаемое дурным поведением племянника и его распущенной матери, непрерывное напряжение, вызванное интенсивной творческой работой, полная глухота, болезнь глаз, желудка и печени - все это вместе взятое сделало Бетховена стариком уже в пятидесятилетнем возрасте. Невысокий, коренастый, с гордой осанкой, серьезным, проницательным взглядом голубых глаз, с великолепной копной густых седеющих волос... он, как и всегда, производил внушительное впечатление на окружающих...

    Самым важным событием этой поры явилась последняя публичная "академия" (концерт, творческий вечер, во время которого исполнялись обычно новые произведения как самого "отчитывающегося" автора, так и других современных композиторов. - В.Р.), где исполнялись впервые Девятая симфония и три номера "Торжественной мессы". "Академия" состоялась 7 мая 1824 года... Дирижировал Умлауф; в начале каждой части темпы давал Бетховен, стоявший у рампы. Успех был потрясающий...

    После окончания "академии" публика устроила овацию композитору, стоявшему спиной к ней, погруженному в свои думы и, по обыкновению, ничего не слышавшему. Тогда певица Каролина Унгер (как известно, в финале Девятой симфонии к оркестру присоединяется хор, исполняющий знаменитую оду "К радости" Фридриха Шиллера. - В.Р.) подошла к композитору, взяла его за руку и повернула лицом к публике. Весь зал разразился пятикратными овациями; в воздухе замелькали платки, шляпы, поднятые руки, чтобы Бетховен, не слышавший громовых возгласов, мог хотя бы увидеть приветственные жесты. Театральный зал еще никогда не слыхал, по отзывам старожилов, подобной бури восторгов. Согласно принятому тогда церемониалу, императорскую чету приветствовали при ее появлении три раза. Пятикратные овации по адресу частного лица, не состоящего на государственной службе и к тому же принадлежавшего к сословию музыкантов, которые еще недавно занимали положение лакеев при дворе и у отдельных аристократов, были явлением не допустимым, почти неприличным..."

    Согласитесь, реальность очень не похожа на то, что нафантазировали создатели фильма, куда более сурова и трагична. Но вот ведь какая штука: мелодраматизм этого и некоторых других эпизодов картины нисколько не портит художественного впечатления, даже не вступает в противоречие с общей трагедийностью бетховенской судьбы. Так, или почти так могло быть, потому что в "Переписывая Бетховена", или, правильнее, думается, в "Копируя Бетховена" нам рассказывают не типичную, пусть и в задумке даже не венчающуюся финальным поцелуем, историю любви старого учителя и молоденькой ученицы, а скорее историю обреченной борьбы двух сильных личностей - борьбы не столько друг с другом, сколько с судьбой, с роком, с невозможностью обрести в этом мире счастье - и в любви, и вообще, ибо одна из этих личностей - гений, а гений и стандарт несовместны куда больше, чем гений и злодейство. Обреченность же одной из двух личностей обрекает и другую, ведь она, другая, копирует Бетховена. Копирует не только в том смысле, что переписывает набело его черновики, но и в том, что вольно и невольно сама как бы становится им, вживаясь и в его музыку, и в его борьбу с человечеством и античным роком ("Вы не любите меня - Вы хотите стать мной!" – режет правду-матку героине прозорливый маэстро едва ли не в начале фильма). Но и копируя Бетховена, и расставшись во имя всемерной помощи его гению с собственными амбициями, сильная личность героини во внутренней, невнимательному взгляду незаметной, борьбе с гением не проигрывает - остается собой. Именно поэтому мелодраматизм некоторых сцен не вступает в противоречие с трагедийностью картины, но, пожалуй, даже подчеркивает ее.

    Мелодрама в чистом своем виде, можно думать, находится с трагедией в тех же отношениях, что и черт с Богом, то есть является ее обезьяной. Так - по большей части. Но иногда, очень редко, ей, честно копирующей высокий жанр, удается спеть в унисон, так сказать, гармонически слиться с трагедией, образовав в результате достаточно жизнеспособный, то есть не однодневный оригинальный текст, как правило, в жанре музыкальной драмы. Именно такова новая картина польской кинематографистки Агнешки Холланд, очень талантливого режиссера и драматурга (помимо многого прочего работавшего над сценариями  "Бесов" и "Дантона" Анджея Вайды), чей, по крайней мере, один фильм, "Полное затмение", известен даже тинейджерам (хотя вовсе не к этой зрительской категории он обращен), поскольку главную роль в нем сыграл их кумир Леонардо ди Каприо.

    Увы, можно смело констатировать, что гораздо более, на мой взгляд, интересная, рассматриваемая в этой рецензии работа режиссера до широкого зрителя и тем более до широкой молодежной аудитории не дойдет, ибо не только ди Каприо в ней не участвует, но и в целом лента обходится без каких-либо сомнительных картинок. (Да, вообще говоря, уже и не дошла до широкого зрителя эта картина, поскольку на большом экране у нас, кажется, вовсе не демонстрировалась, а сразу вышла на лицензионном DVD. Вопросы же: многие ли молодые люди в России смотрят фильмы на лицензионных носителях? или: возможно ли в провинции приобретение не развлекательного кино на пиратских дисках? - кажутся откровенно риторическими.) Я бы сказал, что "Переписывая Бетховена" - фильм, по нынешним временам, пуританский, - сказал, если бы это действительно было так. Но это не так - здесь есть всё, все проявления бытия, причем не только за кадром, но и в кадре, однако чтобы увидеть это "всё", надо почти два часа напряженно вслушиваться в музыку Бетховена и всматриваться в глаза актеров, сыгравших едва ли не на пределе возможностей. Не потому что у Харриса (Бетховен), например, не было и не будет более выгодной роли, - потому что судьба дает такую возможность лицедею лишь однажды.
      Я очень рад, что мне удалось посмотреть этот фильм и написать о нем, пусть и не так, как принято писать рецензии, но, думаю, каждому и без меня понятно, что в таком произведении уровень достоверности воплощения на экране реалий давно ушедшей эпохи посредством операторского искусства или искусства художника и костюмеров, не говоря уж лишний раз о замечательной игре актеров, не может не быть адекватен замыслу создателей, то бишь уровню драматургии или режиссуры. Я не знаю, сделается ли этот фильм со временем киноклассикой, или будет несправедливо забыт, потому что появился в эпоху культурного безвременья. Я знаю лишь то, что лично для меня фильм Агнешки Холланд "Переписывая Бетховена" если и не стал таким же художественным открытием, каким когда-то был более масштабный и мощный формановский "Амадей", то, по крайней мере, с первого просмотра показался безусловно значительным событием в чреде бесконечных киношных полу- или недовпечатлений. Если же попытаться вспомнить кинофильмы, посвященные великим композиторам, то из всех, виденных мною и созданных в последние полвека, холландовский, по-моему, встанет как раз посередине между "Амадеем" и несчастным "Чайковским" Игоря Таланкина и Юрия Нагибина - своего рода классическим примером того, как целый ряд великих дарований выхолащивает собственное творчество в бесконечной борьбе и бесконечных же уступках цензуре тоталитарного общества.

Фильм «ПЕРЕПИСЫВАЯ БЕТХОВЕНА (COPYING BEETHOVEN)»
Год выпуска: 2006

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я Прочие

Виктор Распопин