Главная     Лики книг     Электронная книга     Киновзгляд     Гостевая  

Главная

О сайте

Сотрудничество

Ссылки

Иллюстрации

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100

ђҐ©вЁ­Ј@Mail.ru



Dleex.com Rating



ЛИКИ КНИГ

В отсутствии воздуха, или «Золотой ключик» Екатерины Цимбаевой

Цимбаева, Екатерина Николаевна
Цимбаева, Екатерина Николаевна. Грибоедов. – М.: Молодая гвардия, 2003. 546 с., илл. – (Жизнь замечательных людей)
Цимбаева, Екатерина Николаевна. Крылов. – М.: Молодая гвардия, 2014. – 336 с. – (Жизнь замечательных людей – малая серия)
Цимбаева, Екатерина Николаевна. Агата Кристи. – М.: Молодая гвардия, 2013. – 350 с. – (Жизнь замечательных людей – малая серия)

Год издания: 2014
Рецензент: Распопин В. Н.

«Пушкина убила вовсе не пуля Дантеса. Пушкина убило отсутствие воздуха», - сказал Александр Блок. В принципе, это высказывание могли бы поставить эпиграфом к своим книгам о Грибоедове и Юрий Тынянов, и Екатерина Цимбаева, невзирая на то, что герои давнего тыняновского романа и новой биографии автора «Горя от ума» не то что друг на друга не похожи, но, пожалуй, друг другу враждебны.
 
Екатерина Николаевна Цимбаева – ученый-историк, преподаватель МГУ и в последние годы автор нескольких биографий, вышедших в серии «Жизнь замечательных людей» - мыслитель независимый, на всё и вся имеющий свою точку зрения, обратилась к биографии Грибоедова не только для того, чтобы представить сегодняшнему молодому читателю в максимальном приближении жизнь автора, пусть и совершенно гениального, но единственного литературного произведения, тем самым объяснив этот феномен, но и для того (об этом она сама говорит в предисловии), чтобы опровергнуть тыняновскую версию личности загадочного классика, изложенную в романе «Смерть Вазир-Мухтара».
 
Опуская детали и бесконечно огрубляя, версию Ю.Н. Тынянова можно обозначить так: в разреженном, почти отсутствующем воздухе николаевской эпохи, оценив невозможность создать еще один поэтический шедевр, и ранее-то закрытый человек Александр Грибоедов, окончательно замкнулся в себе и, не найдя друга в поколенье (разве можно считать другом Булгарина? А больше некому-с), не представляя читателя в потомстве, выбрал единственно возможный путь – скорую и достойную смерть (а для артистической натуры таковой, видимо, может быть только гибель), в которую и шагнул на тридцать пятом году жизни.
 
Что было главным в романе Тынянова? Верно, отсутствие воздуха. Оно и есть главный отрицательный герой «Смерти Вазир-Мухтара». О том же и книга Е. Цимбаевой, во всем прочем решительно полемизирующая с тыняновской.
 
Опять же бесконечно огрубляя, версия Цимбаевой представляется таковой: вовсе не наглухо закрытый от окружающих, просто отлично знающий им и себе цену, гениально одаренный поэт и музыкант, мудрец и дипломат, любимец женщин, приятель артистов и бретеров, прошедший через дружбы и предательства, дуэли и тюрьмы, познавший горькую сладость всероссийской славы, выбравшийся сухим (в немалой степени благодаря именно дружеским связям) из водоворота расследования по делу декабристов (к обществу которых он, конечно же, принадлежал, не мог не принадлежать, и выполнял вполне конкретные дипломатические поручения Рылеева), он, понимая невозможность жить, да и умереть в России достойно, выбирает единственно возможный путь – пасть за нее за ее пределами. Впрочем, за Россию ли пал в Персии Грибоедов, или за собственное дворянское, человеческое достоинство, за гордость быть русским поэтом и мудрецом, - это тоже вопрос, на который Екатерина Цимбаева (опять-таки бесконечно спрямляя литературные лекала, отчасти даже догадываясь) отвечает в соответствии с логикой всей ее книги: Грибоедов пал за себя, за собственную честь, за честь того сословия, к которому принадлежал.
 
И в самом деле: не за Нессельроде же ему было умирать, не за Николая же Романова. Спустя восемь лет задыхающийся в отсутствии воздуха Александр Пушкин повторит грибоедовский демарш, с присущей ему гениальностью изыскав лазейку в совершенно уж невозможных и внешне далеко не столь достойных обстоятельствах.
 
Эта мысль напрашивается во время чтения последних глав книги о Грибоедове. Любопытно, решится ли отважная писательница еще раз вступить на эту полную смертельных опасностей тропу к высочайшей вершине русской литературы?
 
Обо всем остальном надо ли говорить? Чтение биографической книги, написанной ученым, захватывает, как чтение историко-авантюрного романа (хотя таковым «Грибоедов» Екатерины Цимбаевой ни в коей мере не является), от нее невозможно оторваться, пусть и узнаёшь из этой большой книги едва ли не только то, что знал и раньше – из других источников. За одним, пожалуй, исключением – историческим анализом «Горя от ума». Эта глава – сама по себе поэма, какую может написать лишь блистательно владеющий пером культуролог. Ее бы надо изучать если не школьникам, то хотя бы школьным словесникам, дабы и подопечные их узнали о проходимом тексте хоть что-нибудь живое.
 
Биография Грибоедова вышла в «Молодой гвардии» в 2003 году. Одиннадцать лет спустя в малой серии «ЖЗЛ» того же издательства появилась небольшая книжечка Е.Н. Цимбаевой об Иване Крылове.
 
И вот она-то повествует об удивительнейшем феномене – о том, как может большой поэт в отсутствии воздуха выбрать путь не в смерть, а в жизнь, да не только выжить, но и заставить себя уважать, любить, ценить и даже чествовать и тех, кто вместе с ним выживает в безвоздушье, и тех, кто всем живым этот воздух перекрыл.
 
Да, конечно, Иван Андреевич Крылов – человек и поэт, сформировавшийся и закалившийся еще в екатерининские времена, видавший на царя больше, чем Пушкин, к главному делу своей жизни – сочинению басен - приступивший уже в александровскую эпоху, сознательно построил собственную жизнь совсем не поэтически, во всяком случае, не по романтическим, да и не по классицистским канонам, а уж слишком по-русски, кажется, пренебрегая всеми возможностями и удобствами, кои мог бы приобрести благодаря своему таланту. Крылов не бедствовал, конечно, напротив, был весьма достаточен, просто изображая (по мысли Е. Цимбаевой) отчаянного лодыря, неряху, этакого героя неисчислимых анекдотов, так и просящегося в крыловскую же басню. Такой басни Иван Андреевич, однако, не написал. Да и зачем, когда он ее прожил? И прожил с удовольствием.
 
Разумеется, не следует, думать, что Иван Крылов был безразличен к обществу, в котором жил, к людям, которые его окружали, к разреженному воздуху, которым вынужден был дышать. Да никто из читателей его басен (а их число вряд ли убывает) и не подумает так. А подумать могут разве те, кто не басни крыловские читает, но лишь анекдоты о нем. Познакомившиеся же с книгой Е. Цимбаевой (не первой, разумеется, биографией Ивана Андреевича, но, пожалуй, наиболее удачно соединившей в себе и подробное исследование жизни, и вдумчивый анализ текстов, причем не только басен, но и драматургии, и лирики, и прозы, и журналистики Крылова – в той лапидарной форме, которую требует от биографа «Малая серия ЖЗЛ», и, наконец, доступное самому широкому читателю изящное и легкое изложение) увидят великого баснописца таким, каким он был, а не таким, каким его изображали досужие сплетники, и, может быть, даже не таким, каким он сам старался себя изобразить.
 
Не все, однако, в книге о Крылове идеально. Есть некая странность, которую можно списать или на отсутствие в издательстве грамотного, да и вообще какого-либо редактора, или отнести к женским капризам автора. Без сомнения, образованнейший человек, она почему-то неизменно величает знаменитого мемуариста Филиппа Филипповича Вигеля Федором Федоровичем, а чрезвычайно популярного в первой половине XIX века, теперь полузабытого, но вовсе не бесталанного поэта Владимира Григорьевича Бенедиктова называет Василием. Почему, в самом деле? Или, скорее, зачем? Затем, что не нравятся они автору, Вигель и Бенедиктов, ведь нетрудно, если запамятовал, заглянуть хоть в Википедию, не правда ли? А почему? Да потому, что угробили мы книжную индустрию, ведь очевидно всякому, что даже в таком издательствах, как «МГ», редакторы уничтожены как класс.
 
Но это, конечно, далеко не главное. А главное в трудах Е.Н. Цимбаевой, право же, дорогого стоит!
 
***
 
Столь же достойна прочтения и признания и книга Е. Цимбаевой о «королеве детектива» Агате Кристи. Хороша она и как портрет без прикрас, и как психоаналитический очерк, и как очерк истории страны, между прочим, подготовившей убийство автора «Горя от ума», и как биография писательницы, прожившей достаточно долгую жизнь, чтобы увидеть государство, которому она принадлежала, и в полном расцвете, и в тяжких испытаниях, и на закате могущества, и, так сказать, после славы, когда, лишенное имперских крыл, стало оно перекрывать воздух своим гражданам, даже самым великим, знаменитым во всем мире, душа их непомерными налогами.
 
Помимо стройной биографии «королевы детектива», толково объясняющей читателям загадки ее замужеств и разрывов, отношения с родителями, сестрой и дочерью, издателями и критиками, а также долгую историю встреч и расставаний с двойником Агаты Кристи – Мэри Уэстмакотт, книжка эта очень интересна анализом творчества писательницы – продуманным и стройным настолько, что даже вашему рецензенту, совсем не увлекающемуся ни творчеством «бабушки Агаты», ни самим детективным жанром, захотелось кое с чем из ее сочинений познакомиться, хотя бы с романом «Убийство в Месопотамии», где описывается археологическая экспедиция, по существу, открывшая древнейшую культуру и литературу Междуречья.
 
Вероятно, именно этот историко-культурологический аспект, наряду с отлично исполненным именно для читателя, а не для узкого специалиста историко-литературным анализом – и есть «золотой ключик» самой Екатерины Николаевны Цимбаевой, одного из нескольких сегодняшних отечественных авторов по-настоящему интересных, доступных самому широкому читателю и в то же время обладающих оригинальными концепциями писательских художественных биографий.

«В отсутствии воздуха, или «Золотой ключик» Екатерины Цимбаевой»
Год издания: 2014

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Виктор Распопин